Все дети талантливы: Академический колледж при КГУ (1992-2000)

Марина Космина: «…Это история о человеке, который решил построить другую школу — школу, где всем хорошо, потому что основана она на самом главном человеческом качестве, придающем жизни смысл и радость, — увлеченности. Ведь только тогда мы и бываем по-настоящему счастливы, когда по-настоящему увлечены — человеком или работой, наукой, искусством, игрой, идеей… Можно ли построить школу на детском увлечении?

Нет дошколенка, который не воспринимал бы жизнь как чудесную загадку, но уже первоклассники теряют интерес ко многому, что исходит от школы. Может быть, это потому, что у школы и ребенка разные интересы? Она говорит ему: «Отложи, милый друг, свои игрушки и займись делом».

Можно ли построить школу на том, что любит сам ребенок? Не на словах, а по-настоящему, чтобы каждая мелочь — от оценки до расписания — исходила из доверия к ребенку и уважения к его свободе, его достоинству?

Это история человека, который построил такую школу, и о том, что с ним за это сделала система.

Девять лет назад в Казани при государственном университете открыли школу. Не спецшколу по физике и математике, куда принимают по конкурсу, — такой лицей и сейчас есть при физфаке КГУ. Другую. Ее назвали колледжем, имея в виду, что здесь будут готовить ни много ни мало — к профессии научного исследователя во всех областях. Поэтому — «Академический колледж».

И готовить к этой профессии здесь собирались особых детей — интеллектуально увлеченных. Это категория людей, которой много дано, но недодано малого — умения приспособиться к давлению. Из-за чрезвычайной избирательности интересов и вызывающей независимости этих детей обычная школа отторгает.

— Я здесь почему? Во-первых, в школе меня не терпели. И я ее не терпел. Во-вторых, попал в общество нормальных людей. В-третьих, мне нужны знания, потому что у меня есть цель в жизни — я хочу стать высокопрофессиональным адвокатом. Или прокурором. Мне главное — учиться.

— Вот такой я человек — если я чего-то не хочу, то делать не буду, чем бы это ни грозило. На двойки мне наплевать. Я по своей профессиональной лестнице поднимаюсь, и достаточно. Занимаюсь компьютерным дизайном, работаю в Интернете. И здесь все ребята такие — мы работаем и учимся, у каждого свое дело, и квалификацию мы повышаем независимо от школьных предметов.

— А я еще из-за формы ушла. Придумали на всех одинаковую форму надеть — и ходите серые, одинаковые, по линейке!

— Колледж открыл мне новые возможности для творчества. Преподаватели здесь, конечно, — творческие люди, они дают сильнейший толчок в развитии.

Наша система образования предпочитает исполнять репродуктивную, а не развивающую функцию. Но заучивание, действие по шаблону — самый низкий уровень мыслительных умений. Человеку этого нестерпимо мало. Даже если ему пока 12-13 лет. А вот если бы он попал в такую среду, где все люди незаурядные и все чем-то увлечены, а потому правильно оформленный дневник и тишина на уроке не считаются главной ценностью, то ребенок мог бы самореализоваться и добиться социально значимых, официально признанных результатов в науке, искусстве, в изобретательстве — где угодно.

…Оказалось: для того чтобы всё это осуществить, в школе всё должно быть не так. От набора учеников до оценок, от расписания до отношений с детьми и с начальством.

— Профанация, хаос, — сказали в управлении образования. — Демагогия, и больше ничего.

Без отсева и без начальства
Вместо вступительных экзаменов, результат которых обжалованию не подлежит, в «Академическом колледже» действовала пролонгированная система, исключающая жестокость отсева и возможность поспешной заниженной оценки.

Для того чтобы поступить в колледж, нужен был творческий результат — пусть маленький: гербарий, реферат, стихотворение, выращенный цветок, то есть продукт, в буквальном смысле созданный впервые. Осязаемый результат твоей увлеченности. А еще — желание и настойчивость.

— Это совсем не похоже на конкурсный отбор. Это действительно поиск своего ученика. Система выматывающая, но лучшего мы пока не знаем, — говорит Евгений Алексеевич Сапаев, преподаватель, кандидат биологических наук. — После вступительных экзаменов и собеседования дети еще полгода учатся в наших вечерних классах, выполняют научно-исследовательскую или творческую работу, затем вновь сдают ту же серию экзаменов, снова собеседование, и лишь после этого — зачисление.

Тот, кому было слишком трудно, бросал сам, его никто не отбраковывал. Поступал тот, у кого хватало терпения по полгода ходить на вечерние занятия, кто твердо знал, это — для него.
— Но одних вундеркиндов воспитывать нельзя, — считают в колледже, — тем более если они сами прекрасно понимают, что они — особоодаренные: говорят, больше двух миллионов детей в России не посещают школу. А ведь среди них есть одаренные дети, просто они недостаточно развиты. Пусть от них не будет отдачи на олимпиадах и конференциях — это тоже наши дети. Они без нас просто пропадут.

…Однажды в колледж приехал мальчик из отдаленного района. Результаты экзаменов — ужасные. Но учиться очень хочет. Тогда ему дали сборник олимпиадных задач по математике. Через месяц мальчик вернулся с двумя пухлыми исписанными тетрадями: всей деревней решали. Все решили. И все — неправильно!
— Мы, конечно, его взяли: такая потребность в интеллектуальной деятельности! Этого ребенка нельзя потерять.

А Петя Бажанов пришел в 9 класс колледжа с подготовкой на уровне 5 класса. Он чуть не с детства работал грузчиком, помогал маме кормить семью. Взять его было немыслимо. Но он полгода ездил заниматься по вечерам. Не взять его по правилам «Академического колледжа» было нельзя. На первых уроках он задавал такие безграмотные вопросы, что класс смеялся. Но он брал упорством. Уже в 10 классе он выровнялся. Сегодня он студент физфака.

За Ринатом Мифтаховым вообще в качестве результата числились… взорванные школьные кабинеты и собственная ванная. Его, выгнанного из четырех школ опасного пиромана, привели в колледж в девятом классе: учиться не желает, по поведению «неуд». По мнению классного руководителя, по нему плакала колония.

— Наш человек! — сказали в «Академическом колледже». — Только подход к химии какой-то дилетантский.
Юному подрывнику дали научного руководителя, тему из самого взрывчатого раздела химии, предоставили реактивы и оборудование. Он сидел за компьютером, изучая эффект детонации, потом переключился на электролиз и остальное. Сегодня он учится на химическом факультете университета.

Ильдар Галиахметов, начальник управления образования Казани, о всех этих новациях слышать не может:
— Детей он набирает, видите ли, на основе личного собеседования. Ни процедурно, ни технологически набор с учредителем не согласован. Он хотя бы должен был мне сказать: «Ильдар Ринатович, придите ко мне, посидите со мной на конкурсном отборе, может, вы мне как руководитель, как бывший директор такого же лицея, кандидат наук, поможете действительно талантливых детей для города отобрать?» Ведь это мои дети, я же учредитель, так? Вместо этого он оговорил себе исключительное право оценивать степень одаренности, критерии никому никогда не показывал, я до сих пор не знаю, чем одаренный ребенок отличается от талантливого.
А в одной из телепередач Ильдар Галиахметов в сердцах даже заявил: «В колледже Шмакова зомбируют детей, внушая им, что все они — талантливы!»

(В этом отрывке из статьи с сайта психолога Владимира Леви www.levi.ru/houses/pla… впервые появляется «безнадёжник» Сапаев. Мы еще не раз поговорим о взглядах и личности моего друга).

28 сентября 2020

Ильдара Галиахметова давно уже нет в образовании. К счастью для образования в Казани.
Нет и того лицея при физфаке КГУ. Директор того лицея, легендарный ГИП, работает учителем физики в лицее 35
Академический колледж, уничтоженный, ликвидированный в 2000, возрождён из пепла в 2013, в том же здании по адресу Кави Наджми 18. Новое имя АК при КГУ — школа СОлНЦе
Директор АК при КГУ, выгнанный из Казани и России, через 11 лет приглашен новым мэром Казани Ильсуром Метшиным и новым Президентом Татарстана Рустамом Миннихановым из Финляндии в Россию. Сначала на должность директора Лицея Лобачевского. А через два года, когда и Лобачевку пришлось ликвидировать, взошло СОлНЦе. В том же здании, где был АК. С тем же директором. С Абузарычем и Юрником. С Анечкой Маргулис и Гузель Нугмановой…